Созависимость. Когда чужая жизнь становится важнее своей

«Вот когда он перестанет пить, тогда я заживу».

«Когда муж начнёт меня ценить, тогда я буду счастлива».

«Когда сын наконец возьмётся за ум, тогда смогу спокойно спать».

А пока собственная жизнь стоит на паузе.

И самое интересное, что человек может даже не замечать, как постепенно перестаёт жить свою жизнь. Ведь он занят очень важным делом. Спасает, помогает, контролирует, переживает.

Времени на себя уже не остаётся.

А разве плохо заботиться о близких?

Конечно, нет.

Забота, поддержка, участие в жизни другого человека нужны в отношениях.

Но есть разница между заботой и попыткой прожить жизнь за другого.

Например, взрослый сын снова попал в неприятности. Мать переживает, ищет решение, договаривается, оплачивает его долги.

Он обещает, что больше такого не повторится.

Она верит.

Через какое-то время всё повторяется.

И снова начинаются поиски выхода, разговоры, уговоры, бессонные ночи.

В какой-то момент мать может обнаружить, что практически всё её внимание сосредоточено на сыне. Даже когда у него всё спокойно, она продолжает ждать следующей неприятности.

Это не история конкретного клиента, а пример того, как может складываться привычная модель отношений.

Созависимостью часто называют такие способы взаимодействия, при которых собственное эмоциональное состояние, решения и поведение человека оказываются чрезмерно связаны с жизнью другого.

Сам термин не является самостоятельным клиническим диагнозом. Но описываемые им трудности вполне реальны.

И встречаются они не только в семьях, где есть алкогольная или наркотическая зависимость.

Контроль. Когда тревожно, хочется что-нибудь сделать

Представьте ситуацию.

Близкий человек не отвечает на телефон.

Проходит десять минут. Потом двадцать.

В голове уже разворачиваются события одно страшнее другого.

Вы звоните снова. Пишете сообщения. Проверяете, когда он последний раз был в сети.

И вот он отвечает.

Всё. Можно выдохнуть.

Но ненадолго.

Потому что в следующий раз тревога снова потребует каких-то действий.

Контроль может становиться способом справляться с собственной тревогой.

Пока я звоню, проверяю, объясняю, требую, у меня появляется ощущение, что я хоть как-то влияю на происходящее.

И здесь возникает непростой вопрос.

Я сейчас действительно помогаю другому человеку? Или пытаюсь избавиться от собственного страха?

Иногда и то и другое.

В этом и сложность.

Три иллюзии, которые могут удерживать в созависимых отношениях

Иллюзии в созависимых отношениях бывает трудно распознать.

Они не всегда выглядят как что-то совершенно нереалистичное. Иногда это вполне понятные надежды, которые постепенно превращаются в условие собственной жизни.

Первая: «Вот он изменится, и тогда всё наладится».

Человек ждёт, когда партнёр перестанет пить, изменять, обманывать, проявлять агрессию или начнёт относиться к нему по-другому.

Проблема в том, что собственная жизнь оказывается поставлена в зависимость от чужого решения.

Вторая: «Если я стану лучше, он обязательно изменится».

Буду спокойнее. Терпеливее. Меньше требовать. Не буду злиться. Научусь правильно разговаривать.

Здесь появляется вера в то, что достаточно подобрать правильное поведение, и другой человек начнёт вести себя так, как хочется мне.

Но отношения создают двое.

И усилий одного человека не всегда достаточно для изменений.

Третья: «Мы оба стараемся сохранить отношения».

Иногда так и есть.

А иногда один действительно пытается что-то менять, а другой ограничивается обещаниями.

И признать эту разницу бывает очень больно.

Потому что тогда придётся встретиться не только с поведением другого, но и со своими чувствами.

Разочарованием. Злостью. Бессилием. Страхом потери.

Когда забота превращается в спасательство

Есть такая знакомая многим роль: Спасатель.

Человек знает, как другому лучше. Предупреждает ошибки, решает проблемы, берёт ответственность.

Причём иногда его даже не просят.

«Я же ради тебя стараюсь!»

Но если помощь не принимают или не ценят, возникает обида.

А дальше можно услышать:

«Сколько можно! Я на тебя всю жизнь положила!»

И вот Спасатель уже злится, обвиняет, требует.

В модели треугольника Карпмана описываются три роли: Жертва, Спасатель и Преследователь. Иногда третью роль называют Тираном.

Человек может переходить из одной роли в другую.

Сегодня спасает. Завтра обвиняет. Послезавтра чувствует себя несчастным и несправедливо обиженным.

Эта модель не является диагнозом и не объясняет все отношения. Но иногда помогает заметить, как мы попадаем в повторяющиеся способы взаимодействия.

Вопрос здесь даже не в том, какую роль человек занимает.

Гораздо интереснее другое.

Для чего мне необходимо спасать? Что я получаю, когда становлюсь незаменимой? И что со мной произойдёт, если другой справится без меня?

Вопросы могут оказаться довольно неудобными.

Границы. Где заканчиваюсь я и начинается другой?

В созависимых отношениях бывает трудно различать свои и чужие чувства, желания и ответственность.

Партнёр недоволен, и я уже чувствую себя виноватой.

Мама расстроена, значит, я должна немедленно что-то исправить.

Взрослый ребёнок совершил ошибку, а стыдно почему-то мне.

Возникает ощущение, что за эмоциональное состояние близких отвечаю именно я.

Но ведь другой человек отдельный.

У него свои желания, решения, ошибки и последствия этих решений.

А у меня свои.

И здесь появляется страх.

Если я перестану всё контролировать, не окажется ли это равнодушием?

Если откажу, не перестанут ли меня любить?

Если не помогу, не случится ли чего-нибудь страшного?

Поэтому работа с границами не ограничивается умением произносить слово «нет».

Иногда человек прекрасно умеет его говорить. Но потом несколько дней мучается чувством вины.

Вот с этим тоже приходится разбираться.

Границы нужны не для того, чтобы отгородиться от всех.

Они помогают оставаться в контакте с другим человеком, не теряя при этом себя.

А что в теле?

Этот вопрос я часто предлагаю исследовать в работе.

Представьте, что вы решили не вмешиваться в очередную проблему близкого.

Не звонить вместо него. Не договариваться. Не оправдывать.

Что происходит внутри?

Возможно, сжимается живот.

Появляется напряжение в плечах.

Становится трудно спокойно сидеть.

Хочется взять телефон и срочно что-нибудь сделать.

И разум уже подбирает объяснение: «Ну я же просто узнаю, как дела».

Иногда достаточно одного сообщения, чтобы ненадолго стало легче.

В телесно-ориентированной работе мы можем замечать такие реакции и исследовать, какие переживания за ними стоят.

Тревога? Страх отвержения? Бессилие? Злость, которую трудно выразить?

Человек может многое понимать о своих отношениях, но продолжать поступать привычным образом.

Поэтому одних объяснений иногда недостаточно.

Когда снова возвращаешься к старому

Бывает, что человек уже начал замечать свои границы, уделять время себе, меньше контролировать близких.

А потом происходит очередной кризис.

И всё как будто возвращается.

Снова звонки, проверки, тревога, бессонные ночи.

Снова собственные планы откладываются.

Такое возвращение к прежним действиям иногда называют срывом созависимого.

Я предпочитаю говорить о возвращении привычных способов поведения.

Потому что речь не о том, что человек снова заболел, а о том, что в напряжённой ситуации он может начать использовать старые способы справляться.

Это повод посмотреть, что именно произошло.

Где я перестала замечать себя?

Когда снова начала отвечать за другого?

Что сейчас помогает мне выдерживать тревогу, кроме контроля?

А как начать возвращаться к себе?

Я бы не предлагала сразу совершать революцию в отношениях.

Иногда достаточно начать замечать то, что раньше проходило мимо внимания.

Например, перед тем как в очередной раз спасать близкого, остановиться и спросить себя:

«Что я сейчас чувствую?»

«Он просил меня о помощи?»

«Что именно находится в моей ответственности?»

«Что будет, если я не вмешаюсь?»

«А чего хочу я?»

И ещё один вопрос, который может оказаться неожиданно трудным:

«Что в моей жизни вообще есть, кроме заботы о других?»

Когда человек долго живёт чужими проблемами, собственные желания могут становиться почти незнакомыми.

Отдыхать трудно.

Радоваться иногда даже стыдно.

А заняться чем-то приятным, когда у близкого проблемы, кажется совершенно невозможным.

Но жизнь не должна превращаться в бесконечное дежурство у чужих трудностей.

Как я работаю с созависимостью

В индивидуальной терапии мы можем исследовать, как складывались привычные способы строить отношения, откуда появляется чувство вины, что удерживает в роли спасателя, как человек переживает злость, страх, беспомощность.

Важная часть работы для меня связана с чувствами и телом.

Что происходит, когда хочется отказать?

Как переживается чужое недовольство?

Что мешает попросить о помощи самому?

Как оставаться рядом с другим, не отказываясь от себя?

В терапевтической группе появляется возможность замечать эти реакции непосредственно в отношениях с участниками.

Когда хочется всем понравиться.

Когда трудно заявить о своём несогласии.

Когда появляется желание кого-то спасти, поддержать, дать совет, хотя человек об этом не просил.

В группе «Территория созависимых отношений» мы работаем через обсуждения, терапевтические упражнения, телесные практики и исследование собственного опыта.

Программа включает около 20 тем. Набор в терапевтическую группу открыт постоянно. Чтобы присоединиться, напишите мне, и мы обсудим условия участия.

Индивидуальная работа тоже возможна.

Мне близка мысль, что в отношениях можно быть с другим человеком и при этом не терять себя.

Но для начала иногда приходится обнаружить, как давно ты перестала себя замечать.

Наталия Кощеева, психолог

Отношения без потери себя.