Отрицание. Почему мы делаем вид, что всё нормально, когда это не так?
«Да он просто устал».
«Ну выпил немного, с кем не бывает».
«Ничего страшного, у всех бывают ссоры».
«Он же обещал, что больше такого не повторится».
«В целом у нас хорошие отношения».
И ведь человек может произносить всё это совершенно искренне.
Не потому, что хочет кого-то обмануть.
А потому, что самому поверить в другое пока слишком больно.
Со стороны ситуация иногда выглядит очевидной. А внутри отношений всё устроено гораздо сложнее.
Можно годами замечать отдельные неприятные события, но не складывать их в общую картину.
И продолжать убеждать себя: всё нормально.
Хотя нормально уже давно не всё.
Отрицание. Когда психика защищает нас от боли
Иногда отрицание помогает нам какое-то время не встречаться с болезненными чувствами и обстоятельствами.
И в этом есть смысл.
Представь, что человек узнаёт что-то настолько неприятное, что ему трудно сразу это принять.
Например, обнаруживает измену партнёра.
Или понимает, что близкий человек снова употребляет алкоголь, хотя обещал остановиться.
Или замечает, что отношения, которые он много лет считал счастливыми, давно перестали приносить радость.
Иногда первая реакция:
«Нет. Этого не может быть».
«Наверное, я неправильно поняла».
«Нужно ещё разобраться».
Отрицание может временно защищать от слишком сильных переживаний.
Не всегда человек готов сразу столкнуться с потерей, разочарованием, злостью, страхом или необходимостью принимать непростые решения.
И здесь мне не хочется обвинять его в том, что он чего-то не видит.
Иногда он видит.
Но пока не может выдержать значение увиденного.
«Если я об этом не думаю, значит, этого нет»
Если попробовать вслух сказать, как это устроено, могут получиться примерно такие фразы:
«Если я этого не вижу, значит, этого нет».
«Если я этого не слышу, значит, этого нет».
«Если я этого не чувствую, значит, этого нет».
«Если я об этом не думаю, значит, этого нет».
Конечно, буквально мы так обычно не рассуждаем.
Но в поведении это иногда хорошо заметно.
Например, человек перестаёт спрашивать партнёра о том, что его беспокоит.
Старается не замечать неприятных изменений.
Избегает разговоров.
Не открывает сообщения, содержание которых может расстроить.
Или переключается на работу, домашние дела, заботу о других.
Главное, чтобы не оставалось времени остановиться.
Потому что в тишине начинают появляться мысли, от которых так старательно убегал.
При этом не всякое нежелание обсуждать проблему является отрицанием. Иногда человеку действительно нужно время или он сознательно выбирает, когда и с кем говорить.
Разница становится заметнее, когда избегание продолжается долго, а ситуация тем временем ухудшается.
Когда проблемы становятся привычными
Знаешь, что меня особенно интересует?
Как человек постепенно привыкает к тому, что когда-то казалось совершенно неприемлемым.
В первый раз партнёр накричал, было страшно и обидно.
Во второй раз уже появилась мысль: «У него тяжёлый период».
Потом: «У него просто характер такой».
А через несколько лет:
«Ну он всегда так разговаривает».
И человек уже почти перестаёт замечать, что ему больно.
Похожее бывает в семьях, где есть зависимость.
Сначала употребление близкого вызывает тревогу.
Затем начинаются попытки договориться, убедить, проконтролировать.
Постепенно вся семейная жизнь подстраивается под происходящее.
И некоторые вещи начинают восприниматься как обычные.
Хотя для людей со стороны они вовсе не выглядят обычными.
Представь ребёнка, который видит отца лежащим на улице. А мать объясняет:
«Папа отдыхает».
Возможно, мать пытается защитить ребёнка. Возможно, саму себя.
Но ребёнок видит одно, а слышит совершенно другое.
И здесь возникает важная тема: насколько можно доверять собственному восприятию, если близкие постоянно говорят, что происходящее не такое, каким ты его видишь?
Как мы учимся не замечать собственные чувства
В детстве отрицание иногда усваивается через семейные правила.
«Тебе не больно».
«Не выдумывай».
«Ничего страшного не произошло».
«Не плачь».
«У нас всё хорошо».
Ребёнок расстроен, но взрослый говорит, что расстраиваться не из-за чего.
Ребёнку страшно, но ему объясняют, что бояться глупо.
Он замечает напряжение между родителями, а ему отвечают:
«Ничего не случилось».
Постепенно человек может начать сомневаться в собственных переживаниях.
Вместо «Мне неприятно» появляется «Наверное, я преувеличиваю».
Вместо «Я злюсь» — «Не имею права злиться».
Вместо «Мне плохо в этих отношениях» — «У других бывает гораздо хуже».
Конечно, не каждое обесценивание чувств в детстве приводит к устойчивому отрицанию во взрослом возрасте.
Но такой опыт может затруднять способность замечать и признавать собственные переживания.
И тогда приходится заново учиться доверять себе.
Магическое мышление. Если я всё сделаю правильно, он изменится
Иногда кажется, что главное — найти способ вести себя с близким правильно. И тогда он изменится.
Магическое мышление.
Только речь не о волшебных палочках и заклинаниях.
Хотя иногда очень хочется, чтобы они существовали.
В отношениях магическое мышление может выглядеть так:
«Если я стану спокойнее, он перестанет злиться».
«Если я буду достаточно заботливой, он бросит пить».
«Если я правильно объясню, он наконец поймёт».
«Если я не буду его расстраивать, всё наладится».
В основе таких представлений может лежать убеждение, что своими действиями я способна управлять выбором другого человека.
Иногда мы действительно влияем друг на друга.
Разговор, поддержка, изменение собственного поведения могут многое менять в отношениях.
Но влиять и управлять не одно и то же.
Другой человек всё равно остаётся отдельным.
Со своими решениями, желаниями и ответственностью.
А если мы убеждены, что достаточно найти правильный способ поведения и тогда он обязательно изменится, возникает довольно болезненная ловушка.
Потому что, когда изменений не происходит, появляется мысль:
«Значит, я недостаточно старалась».
И человек начинает стараться ещё больше.
Хотя проблема может быть совсем не в количестве его усилий.
Почему бывает трудно отказаться от надежды
Потому что за надеждой иногда стоит не только желание хорошего будущего.
Но и страх встретиться с настоящим.
Пока я верю, что партнёр обязательно изменится, можно не решать, что делать с отношениями, которые существуют сейчас.
Пока убеждаю себя, что проблема временная, можно не замечать, сколько времени она уже продолжается.
Пока надеюсь, что всё исправлю, не приходится признавать собственное бессилие перед чужими решениями.
И вот здесь отрицание может становиться особенно устойчивым.
Оно защищает не столько от самого события, сколько от его значения для моей жизни.
Ведь если признать происходящее, может появиться необходимость что-то менять.
А изменения тоже бывают страшными.
При этом надежда сама по себе не является отрицанием.
Люди действительно способны меняться, восстанавливать отношения, обращаться за помощью.
Разница в том, опираемся ли мы только на обещания или замечаем реальные действия и изменения.
Когда отрицание сменяется катастрофой
У отрицания бывает и другая сторона, почти противоположная на первый взгляд.
Иногда человек долго убеждает себя, что ничего страшного не происходит.
А потом внезапно переходит в другую крайность.
«Всё ужасно».
«Ничего уже не исправить».
«Я потеряла столько лет».
«Никогда не смогу жить нормально».
Получается, что сначала мы словно запрещаем себе видеть проблему.
А потом начинаем воспринимать её как совершенно безвыходную.
И то и другое мешает рассмотреть происходящее более объёмно.
В первом случае мы не замечаем трудности.
Во втором перестаём замечать возможности.
Иногда полезно вернуть в поле зрения не только то, что происходит, но и то, что действительно находится в наших силах.
Без обещаний чудесного исправления.
И без приговора всей собственной жизни.
Отрицание может выглядеть очень разумно
Вот это особенно любопытно.
Отрицание не всегда сопровождается фразой «Ничего не происходит».
Иногда человек прекрасно объясняет свою ситуацию.
У него есть логические доводы.
Причины.
Обстоятельства.
Оправдания.
«Он сейчас переживает сложный период».
«У него было тяжёлое детство».
«Он не умеет по-другому».
«Я понимаю, почему он так поступает».
И всё это может быть правдой.
Но понимание причин чужого поведения не отменяет его последствий для нас.
Можно понимать, почему человек злится, и при этом признавать, что его крик причиняет боль.
Можно сочувствовать тому, у кого зависимость, и не брать на себя оплату всех его долгов.
Можно знать о трудном прошлом партнёра и одновременно замечать, что в настоящем отношения тебя не устраивают.
Понимать другого не означает перестать замечать себя.
Иногда именно в этом месте становится видно, как объяснения помогают избежать неприятного решения.
Что происходит с телом, когда мы приближаемся к неприятной правде?
Иногда человек спокойно рассказывает о сложной ситуации.
Подробно объясняет поступки других.
А когда разговор касается его собственных переживаний, замолкает.
Или меняет тему.
Начинает шутить.
Говорит: «Да ладно, не будем об этом».
Это не обязательно отрицание. Но такие моменты могут стать поводом для исследования.
В телесно-ориентированной работе я обращаю внимание на то, что происходит в контакте.
Например, человек начинает говорить о том, что ему тяжело.
И замечает напряжение в груди.
Дыхание меняется.
Хочется отвести взгляд или поскорее перейти к другой теме.
Мы можем остановиться и исследовать происходящее.
Не пытаться сразу добраться до самой болезненной правды.
Не заставлять человека чувствовать то, к чему он пока не готов.
А замечать, что происходит на границе между пониманием и переживанием.
Иногда для этого нужно довольно много времени.
И это нормально.
Почему нельзя просто заставить человека признать проблему
Со стороны может казаться, что достаточно сказать человеку правду.
Желательно громко.
И несколько раз.
Чтобы уж точно дошло.
Но психологическая защита не всегда исчезает от количества аргументов.
Иногда давление только усиливает сопротивление.
Человек начинает оправдываться, спорить, уходить от разговора.
Или соглашается внешне, но внутренне ничего не меняется.
В работе с зависимостями существуют специальные подходы к обсуждению проблемы и повышению готовности к помощи.
Но это не означает, что близкие должны самостоятельно устраивать психологические интервенции или пытаться силой разрушить чужое отрицание.
Гораздо полезнее говорить о конкретных фактах, последствиях и собственных границах, а при необходимости обращаться за профессиональной поддержкой.
При этом человек имеет право на свой темп осознавания.
А окружающие имеют право не соглашаться с разрушительным поведением и защищать себя.
Когда честность с собой становится возможной
Мне не близка идея, что человеку нужно просто снять все защиты и немедленно встретиться со всей правдой.
Психологические защиты не возникают на пустом месте.
Они могут помогать человеку справляться с переживаниями, для которых у него пока недостаточно внутренних и внешних опор.
Но иногда то, что раньше помогало, начинает ограничивать жизнь.
Человек продолжает защищаться от боли, а вместе с ней перестаёт замечать собственные желания, возможности и реальные обстоятельства.
И в терапии появляется пространство для более внимательного исследования.
Без необходимости немедленно объявить себя виноватым.
Без требования простить другого.
Без обязательства срочно менять всю жизнь.
Можно постепенно различать то, что происходит на самом деле, и то, во что очень хочется верить.
Как мы работаем с отрицанием в терапии
В индивидуальной работе можно исследовать, какие переживания человек старается не замечать, чего опасается, когда приближается к болезненной теме.
Иногда за отрицанием обнаруживается страх потери.
Иногда стыд.
Иногда злость.
Иногда нежелание признавать собственное бессилие перед решениями другого человека.
В телесной работе можно обращать внимание на напряжение, способы избегать переживаний, желание замереть, отстраниться или переключиться.
В терапевтической группе человек иногда замечает свои привычные способы взаимодействия благодаря реакциям других участников.
Например, он рассказывает о тяжёлой ситуации, но всё время смеётся.
Или говорит исключительно о проблемах партнёра, не замечая собственных чувств.
Это не повод разоблачать его.
Скорее возможность бережно обратить внимание на то, что остаётся за пределами рассказа.
В моих группах мы исследуем подобные процессы через обсуждение, терапевтические упражнения, телесные практики и непосредственный контакт.
И мне здесь особенно важна одна мысль.
Признать реальность не означает согласиться с ней или одобрить происходящее.
Можно видеть, что отношения причиняют боль, и пока не знать, как поступить.
Можно признавать, что близкий человек имеет зависимость, и продолжать его любить.
Можно замечать собственные трудности и не превращать это в обвинение себя.
Иногда честность начинается с очень простых слов:
«Мне это не нравится».
«Мне больно».
«Я больше не хочу делать вид, что всё нормально».
И не всегда сразу понятно, что будет дальше.
Но по крайней мере появляется возможность разбираться с тем, что действительно происходит.
А не только с тем, во что очень хотелось бы верить.
Наталия Кощеева, психолог
Отношения без потери себя.